фон Бооль Николай Константинович — управляющий московской конторой императорских театров и императорских театральных училищ, художник-любитель. 1860 - 1938,
polytech
polytech
персона
фон Бооль Николай Константинович

До революции студию № 36 арендовал художник и административный служащий Николай Константинович фон Бооль. В 1898 году фон Бооль был назначен помощником заведующего монтировочной частью Московской конторы императорских театров. В 1901 году он стал уже заведующим монтировочной частью, а в 1903 году получил должность управляющего Московской конторой императорских театров и императорских театральных училищ. В этом же году фон Бооля произвели за выслугу лет в надворные советники и наградили орденом Святой Анны второй степени. Николай Константинович занимал эту позицию до 1910 года. Фон Бооль числился почетным членом Совета детских приютов, членом Санкт-Петербургского общества поощрения художников, Общества ознакомления с историческими событиями России, членом Московского столичного попечительства о народной трезвости и Общества призрения престарелых артистов.

В своих воспоминаниях директор императорских театров Владимир Аркадьевич Теляковский характеризует фон Бооля, как «настоящего чиновника, со всеми хорошими и дурными качествами, званию этому присущими» (Теляковский В. А. Воспоминания. Л.; М., 1965. С. 203), сторонника «порядка, пунктуальности и известной точности» (С. 215). Скорее всего к началу 1910-х годов Николай Константинович покинул службу и сконцентрировался на своем увлечении живописью. Проживая с женой Юлией Григорьевной, дочерью Ольгой и сыном Михаилом на Арбате, он арендовал для работы художественную студию на Большой Садовой. Николай Константинович писал крымские пейзажи и виды Петербурга и Москвы.

not loaded

Юлия Григорьевна фон Бооль, урожденная Христиани. Жена Н. К. фон Бооля. 20 июня 1896 года. Шувалово, под Санкт-Петербургом. Из бювара Ольги фон Бооль. Из собрания А. Б. Савинова

Из воспоминаний Натальи Петровны Кончаловской, дочери художника Петра Кончаловского, проживавшего и работавшего в мастерской № 40: «Под Якуловыми занимал мастерскую директор Большого театра по фамилии фон Бооль, грузный, угрюмый человек с одутловатым лицом, обрамленным седыми баками. Я запомнила его, вечно опутанного шарфом, в меховом картузе и высоких ботах» (Кончаловская Н. П. Волшебство и трудолюбие. М., 2004. С. 90.).

not loaded

Паспортная книжка Николая фон Бооля. РГАЛИ. Ф. 659. Оп. 3. Ед. хр. 436. Л. 76 об, 77.

Николай фон Бооль в 1920-е годы

В 1920 году Николай фон Бооль устроился на работу в Отдел по делам музеев и охране искусства и старины Народного комиссариата просвещения «художником по реставрации предметов старого быта и народного искусства». В первые послереволюционные годы, когда в государственные музейные фонды поступало много предметов искусства, Отдел испытывал острую нехватку в специалистах .

not loaded

Заявление Николая фон Бооля о приеме на работу. ГАРФ. Ф. А2307. Оп. 22. Д. 128. Л. 1

Из-за неясного имущественного статуса художественных мастерских в доме жилищное товарищество неоднократно судилось с художниками. Не избежал этой участи и фон Бооль. 9 апреля 1924 года специальная комиссия Совнаркома по разгрузке Москвы постановила изъять у гражданина фон Бооля излишки жилой площади, под которыми подразумевалась мастерская. Правление дома рассчитывало переселить фон Бооля, забрать мастерскую и заселить ее рабочими печатниками из подвальных помещений. Но 27 августа пришло письмо инспектора Московского управления недвижимым имуществом (МУНИ), который распорядился приостановить вселение новых жильцов, так как мастерская подлежит изъятию в пользу города и жилое товарищество дома не имеет на нее никаких прав. Правление дома 8 сентября направило еще одно письмо в МУНИ с просьбой оставить мастерскую в распоряжении жилтоварищества дома № 10, но получило отказ и предложение судиться за площадь. Дело стало затягиваться — правление дома хотело выселить фон Бооля, но не хотело терять большую площадь, которую МУНИ собиралось забрать и у фон Бооля, и у жилтоварищества. Еще одно письмо с просьбой оставить мастерскую жилтовариществу было направлено в МУНИ 22 ноября 1924 года. Финал этой истории неясен, но, очевидно, Н. К. Фон-Боолю и жилтовариществу удалось отстоять площадь — у нее сохранился статус мастерской, заселять рабочими студию не стали.